В России и сейчас, кажется, нет ни одного следственного изолятора, в котором не было бы культового помещения в той или иной форме. Другое дело, что все встречи не только со священнослужителями, но даже и с близкими родственниками подозреваемым и обвиняемым разрешаются только после получения предварительного письменного согласия на это следователя или судьи, рассматривающего дело заключенного. Многолетняя битва адвокатского сообщества за свидания со своими подзащитными без оглядки на мнение по этому поводу следствия и суда закончилась вынужденным компромиссом: адвокаты теперь хоть формально и не получают разрешения на свидания, но следственный изолятор каждый раз долго убеждается в том, что следствие и суд о будущем свидании извещены, что тоже морока немалая.
[…]